КПРФ жестко раскритиковала правительственную экономию на матерях и пенсионерах

- Уважаемые коллеги!

Особенность бюджета Социального фонда состоит в том, что он, с одной стороны, жестко ограничен рамками социальных законов. И мы не можем не отметить, что он сохранил ключевые социальные обязательства перед людьми: выплату пенсий, государственных детских пособий, материнского капитала, различных социальных выплат (в том числе ветеранам, инвалидам и военнослужащим), а также социальное страхование и санаторно-курортное лечение инвалидов (которое сейчас, правда, реализуется лишь раз в три года) и другие меры поддержки.

С другой стороны, его расходы зависят не только от страховых взносов, но и на 20% состоят из трансфертов федерального бюджета. В 2027 году эти трансферты составят около 4 трлн рублей, а к 2029 году увеличатся почти до 4,5 трлн рублей. Но при этом сам федеральный бюджет имеет сопоставимый дефицит: на 2027 год он запланирован в размере 5,4 трлн рублей (2,1% ВВП).

Этим-то и объясняется, что хотя обязательства и будут выполнены, сам их объем остается недостаточно высоким. То есть у фонда нет самостоятельного инструмента влияния на государственную социальную политику — он сам является лишь исполнителем.

Мы по роду деятельности много взаимодействуем с Председателем Фонда Сергеем Александровичем Чирковым, активно работаем с его заместителями: Татьяной Анатольевной Суслиной, Андреем Владимировичем Чаловым, Александром Владимировичем Чернышевым. И мы всегда видим готовность руководства Соцфонда к диалогу и конструктивной работе. Наши предложения не отбрасываются с ходу, а серьезно прорабатываются. Но в итоге мы все равно упираемся в жесткий потолок, очерченный действующими правительственными директивами.

Поэтому хочу обратиться к руководству и Соцфонда, и Минтруда. Считаем, что пришло время дать фонду больше полномочий. Возможно, стоит проработать вопрос о наделении его отдельными элементами нормотворческой деятельности, позволить самостоятельно принимать решения, разрабатывать документы и правила. Этого остро не хватает, учитывая широкий круг вопросов и тем, которые фонд охватывает своей деятельностью.

Например, этой осенью семьи с детьми были неприятно удивлены тем, что Соцфонд начал отказывать в направлении средств материнского капитала на строительство жилья на земельных участках, предназначенных для садоводства. С одной стороны, фонд в этом не виноват: это мы с вами приняли закон, согласно которому изменилось наименование вида разрешенного использования, и теперь участок должен строго называться «для ведения гражданами садоводства для собственных нужд».

Соцфонд издал официальное разъяснение, где всё это указал. Правильно! Но, с другой стороны, почему Соцфонд не пишет о том, что конкретно нужно делать гражданам, столкнувшимся с такой проблемой? Куда им идти, какие документы приносить и как их переоформлять? Почему, в конце концов, не издать совместный с Росреестром нормативный акт, снимающий этот барьер? А все потому, что правоприменительные функции у фонда есть, а правоустанавливающих — нет.

Второй пример. Правительство предлагает установить новое условие для сохранения пособия по уходу за ребенком при досрочном выходе из декретного отпуска ранее, чем через полтора года. Я «в скобках» напомню, особенно для новых депутатов Государственной Думы, что именно наша фракция первой внесла законопроект о сохранении права на это пособие при досрочном выходе на работу.

В чем же суть нынешней правительственной инициативы? Кабмин хочет, чтобы право на пособие сохранялось только в том случае, если мама (или иной родственник) находилась в отпуске по уходу за ребенком не менее двух месяцев! Сейчас этого искусственного ограничения нет.

В наш Комитет уже поступают массовые обращения обеспокоенных родителей, которые считают предлагаемый подход глубоко несправедливым. И их тревогу можно понять. Семейные обстоятельства бывают разными: кому-то жизненно необходимо выйти на работу раньше из-за тяжелого материального положения. При этом сам по себе досрочный выход на работу вовсе не означает, что семья автоматически перестала нуждаться в государственной поддержке.

Параллельно предусматривается продление оплачиваемых больничных по уходу за больным ребенком до 150 дней. Это хорошая норма. Но мы считаем, что это лишь небольшой пряник к длинному кнуту: под подобным предлогом заставлять маму выбирать — либо сидеть без зарплаты, либо полностью потерять пособие — это антигосударственный подход!

И что будет после принятия Правительством такого решения? Соцфонд будет безропотно его исполнять, поскольку не может даже поучаствовать в принятии подзаконных актов, способных хоть как-то смягчить будущий порядок. Но именно сотрудникам фонда придется напрямую работать с гражданами, первыми сталкиваясь с их непониманием, несогласием и возмущением.

Мы прекрасно понимаем, для чего вносятся такие предложения. Исключительно ради экономии средств. Этот проект якобы сэкономит 25 миллиардов рублей на работающих матерях.

Но чиновникам и этого мало! В представленном бюджете фонда уже заложены сокращения на то же единое пособие. На его выплату в 2027 году предусмотрено около 1,6 триллиона рублей против 1,8 триллиона рублей в 2026 году.

И это снижение происходит на фоне гипотетического роста количества получателей! Мы, депутаты, приняли справедливое решение о том, что дети из многодетных семей, среднедушевой доход которых превышает прожиточный минимум не более чем на 10%, не теряют право на пособие. В первом полугодии 2026 года под эту категорию подпали более 63 тысяч детей. То есть получателей объективно должно становиться больше! А что мы видим в бюджете? Расходы цинично ужимают.

В 2027 году единое пособие будет охватывать всего 8 миллионов детей вместо 10 миллионов в 2025 и 2026 годах. Одной из возможных причин такого резкого сокращения охвата может быть введение так называемого «ценза оседлости». Само по себе это решение, возможно, и неплохое, но мы не должны допустить ситуации, при которой 2 миллиона детей потеряют право на поддержку государства просто потому, что органы будут месяцами разбираться с их документами.

Или наши семьи вдруг резко вышли из бедности? А как быть с тем фактом, что 41% населения страны живет в состоянии «предбедности»? Люди формально не имеют права на государственную поддержку по действующим критериям, но фактически еле сводят концы с концами!

Сокращаются и плановые расходы на ежегодную семейную выплату для семей с двумя и более детьми, которую уже получили 1,5 миллиона семей: финансирование урезано со 119,1 миллиарда до 71,8 миллиарда рублей. Хочется прямо спросить и Соцфонд, и Минтруд, и Минфин: какие объективные причины у этого сокращения? Выделили слишком много денег первоначально и не рассчитали? А куда тогда направлены эти излишки?

Мы с ходу готовы дать встречное предложение: распространите эту выплату на семьи с одним ребенком! И никаких лишних денег в бюджете не останется — все они пойдут строго по адресу, на реальные нужды людей. Потому что у российских семей как раз лишних денег никогда не бывает!

Далее — пенсии. Страховые пенсии in 2027 году предполагается индексировать в два этапа: с 1 февраля — на прогнозируемый уровень инфляции в 6,8%, а с 1 апреля — дополнительно, с учётом доходов фонда и динамики заработной платы. Среднегодовой размер страховой пенсии по старости должен увеличиться с 27,3 тысячи рублей до 29,9 тысячи рублей.

Правда, установленный прожиточный минимум для пенсионера по-прежнему значительно меньше МРОТ. На федеральном уровне в 2027 году он составит всего 17 395 рублей, в 2028 году — 18 449 рублей, в 2029 году — 19 329 рублей. Регионы, конечно, вправе устанавливать свои коэффициенты, которые могут быть как выше, так и ниже общероссийских, но общую картину это не меняет. Для человека, который всю свою жизнь честно трудился на благо общества и страны, пенсия не должна быть средством банального биологического выживания! А ведь это касается 40,5 миллиона наших пенсионеров, из которых пенсию по старости получают 33 миллиона — это более 22% всего населения России!

Но самая большая проблема — системная. Сегодня человек с 35-летним трудовым стажем и хорошим доходом в 85 тысяч рублей получет среднюю пенсию в размере всего 29 тысяч рублей. Тем же, кто отработал 30 лет, для получения точно такой же пенсии потребуется иметь официальную зарплату уже под 100 тысяч рублей!

По данным СФР, в 2026 году коэффициент замещения (соотношение средней пенсии к средней заработной плате в стране) составляет позорные 23–25%. Притом что еще в начале 2025 года он был на уровне 29%. Это означает, что, выходя на заслуженный отдых, человек труда мгновенно теряет более трех четвертей своего привычного дохода! Я напомню, что еще в 2018 году Россия ратифицировала Конвенцию Международной организации труда (МОТ) № 102, где четко зафиксировано минимальное соотношение в 40%, которое мы обязаны выдерживать!

Фракция КПРФ последовательно и решительно выступает за коренное повышение пенсионного обеспечения, восстановление справедливого соотношения пенсии и утраченного заработка, а также за то, чтобы реальная индексация всегда опережала фактический рост стоимости жизни.

Коллеги! Да, все предусмотренные проектом социальные обязательства будут профинансированы. Но мы продолжаем твердо настаивать: формальное обеспечение минимальных выплат еще не означает, что государственная социальная политика в полной мере отвечает реальным потребностям людей и стратегическим целям развития нашей страны. Фракция КПРФ призывает к кардинальному пересмотру этих подходов.

КПРФ.ру